Роберт Росс – профессор политологии в Бостонском колледже и профессор Центра китайских исследований имени Джона Кинга Фэйрбэнка при Гарвардском университете. Автор книги «Китайская политика безопасности: структура, власть и политика».
Опубликовано в журнале Foreign Affairs, №5, 2012 год. © Council on Foreign Relations, Inc.
В семидесятые годы прошлого века под мудрым руководством Дэн Сяопина китайская экономика открылась миру, и с тех пор Китай беспрецедентно усилился, накопил богатство и военную мощь, поддерживая дружественные отношения и сотрудничая с большей частью государств. Это продолжалось до недавнего времени, когда Пекин, похоже, изменил курс, настроив против себя соседей и вызвав подозрения в дальнем зарубежье. Например, в декабре 2009 г. на конференции ООН по изменению климата китайцы изо всех сил сопротивлялись принятию компромиссной резолюции, чем разозлили европейские страны и США. Затем, после продажи американского оружия Тайваню в январе 2010 г., китайское правительство впервые приостановило серьезный диалог по безопасности с Соединенными Штатами и ввело беспрецедентные санкции против компаний, имеющих связи с Тайванем (хотя не ясно, нанесли ли эти меры существенный урон). В июле 2012 г. Пекин заявил гневный протест против планов США и Южной Кореи провести совместные военно-морские учения в Желтом море. А в сентябре 2010-го подверг суровой критике Японию за задержание капитана китайской рыболовецкой шхуны, которая врезалась в судно японской береговой охраны в спорных водах. В довершение Пекин выразил крайне враждебное отношение к демократическим странам и наложил экономические санкции на Норвегию после того, как Нобелевский комитет в 2010 г. присудил премию мира активному борцу за демократию Лю Сяобо. Всего за несколько месяцев Китай ухитрился полностью растерять все, что приобрел за долгие годы своего «мирного восхождения».
Многие аналитики истолковали воинственные действия КНР как признак растущей уверенности в своих силах. В статье для The Washington Post Джон Помфрет отметил, что Пекин демонстрирует «новый триумфалистский настрой». Его логика заключалась в том, что Китай на подъеме, и вновь обретенная сила убедила лидеров нации, будто они могут как никогда прежде влиять на происходящее в Азии. И в 2010 г. администрация Обамы инициировала новый внешнеполитический курс, суть которого – поворот к Азии, укрепление оборонных союзов с разными странами региона и наращивание присутствия американских военно-морских сил в соответствующей акватории. Дипломатический элемент новой стратегии стал понятен в 2011 г., когда министр обороны Леон Панетта заверил союзников, встревоженных усилением Китая, что «Соединенные Штаты собираются надолго остаться в Тихом океане». А год спустя он пообещал, что США будут «наращивать военные возможности в этом жизненно важном регионе». Обеспокоенный тем, что самоуверенный Китай становится дестабилизирующей силой, Белый дом решил развенчать домыслы о собственной слабости, увеличив американское присутствие.
Далее…
