Daokedao.ru - Дао выраженное словами

Китайский лидер Си Цзиньпин прибыл на саммит G20 в Санкт-Петербурге из Туркмении. Там он вместе с президентом Гурбангулы Бердымухаммедовым принимал участие в торжественной церемонии запуска первой очереди газового месторождения «Галкыныш». Об этом пишет КМ.Ру.

«Женьминь жибао» и «Синьхуа» предоставили подробные видеоотчеты о встрече на высоком уровне и о том, как по магистрали длиной почти 2000 километров, в кратчайшие сроки построенной CNPC, газ пошел в северо-западную провинцию Синьцзян.

Кроме того, стороны подписали соглашение о поставках дополнительных 25 миллиардов кубов газа в год. Ожидается, что к 2020 году Китай будет получать из Туркмении до 65 миллиардов кубометров топлива.

Вероятно, в «Газпроме» и Кремле эти репортажи смотрели со смешанным чувством тревоги, зависти и досады. Зависти, потому что запасы месторождения «Галкыныш», открытого в 2006 году, просто фантастические. По оценкам британской компании Gaffney, Cline & Associates, на глубине 3-4 километра находится более 21 триллиона кубометров газа и около 300 миллионов тонн нефти, причем нефти чистейшей, практически без вредных примесей, что встречается крайне редко.

Досаду в «Газпроме» и Кремле должны испытывать потому, что торговые, точнее, газоторговые отношения России и Туркмении не сложились. Москва очень хотела стать посредником в продажах среднеазиатского газа, используя сеть своих трубопроводов, однако несколько лет переговоров результатов не принесли. И сейчас отношения между двумя странами свернуты практически полностью.

Далее…

Прошедший в Санкт-Петербурге саммит «Большой двадцатки» вновь поднял тему превращения юаня в мировую валюту. Канцлер Германии А.Меркель предложила председателю КНР Си Цзиньпину сделать из Франкфурта «второй Гонконг», то есть мировую площадку торговли юанем. Такой шаг стал бы новым этапом на пути превращения китайской валюты в конкурента доллара. Понятна и активность немцев, имеющих собственную мировую валюту и заинтересованных в ослаблении позиций доллара. Просматриваются и некоторые последствия, а именно постепенная замена «зеленых» на «красные» в двусторонней торговле, в том числе с Россией и накапливание новой резервной валюты в центробанками третьих стран. Не пора ли задуматься о переводе торговли в юани, избавившись, наконец, от потерь на кросс-курсе?

Целый ряд СМИ уже окрестили событие очередной попыткой Китая найти подходящий город для торговли юанем и его интернационализации. Однако, на деле китайской заинтересованности в этом почти нет. Во-первых, на G20 с инициативой выступила Меркель, а китайская реакция не прозвучала, значит, понимания встречено не было. Появление инициативы на «Двадцатке» на высшем уровне вроде бы можно рассматривать признаком согласованности инициативы. Однако, в действительности, это попытка протащить вопрос за счет повышения его уровня. Расчет на то, что отсутствие отрицательного ответа, неприличного для G20, трактуется как молчаливое согласие и дает возможность уже более настойчиво продвигать идею на рабочих и министерских заседаниях. На деле, это далеко не первая попытка. Ранее идею продвигали руководители Бундесбанка.

Самое главное этом сюжете – позиция Китая. Пекин традиционно осторожен, а его линию при желании можно трактовать как угодно. С одной стороны, КНР еще ни разу нигде не выразила согласия на мировое хождение юаня. С другой – Народный банк Китая уже намекал на то, что национальная валюта больше остальных обеспечена золотом и, соответственно, доверять ей можно больше. Одновременное движение по всем направлениям – уникальная способность китайской дипломатии, окончательно запутывающая партнеров. В любом случае решение по юаню в Пекине еще не принято и вряд ли будет принято в обозримой перспективе. Это не его игра. КНР лишь умело использует заинтересованность настроенных против доллара сил для решения своих интересов в Азии и отношений с торговыми партнерами. Насколько успешной будет эта стратегия, покажет время. Впрочем, уже лет 20 китайцы уверенно сдерживают гонконгскую пассионарность и не похоже, чтобы они были готовы что-то кардинально менять.

eer