Процесс по делу бывшего члена политбюро ЦК КПК Бо Силая поставил под удар нефтяные контракты Китая с Россией.
64-летний Бо Силай обвиняется в получении взяток на общую сумму 21,8 млн юаней ($4,45 млн), хищении государственных средств на сумму 5 млн юаней ($945 тыс.), а также злоупотреблении служебным положением с 1999-го по 2012 год. Процесс по его делу длился всего четыре дня и завершился еще 26 августа. На суде Бо Силай виновным себя не признал, заявив, что все показания на стадии предварительного следствия были добыты у него под давлением. Следствие, в частности, настаивало на том, что в бытность мэром 30-миллионного Чунцина, крупнейшего в Китае мегаполиса, Бо Силай за взятку $200 тыс. помог одному местному предпринимателю с получением в аренду престижных торговых площадей на крайне выгодных условиях. При этом доказательная база во многом строилась на показаниях жены Бо — Гу Кайлай, которую суд приговорил к смертной казни с отсрочкой приведения приговора в исполнение за убийство британского бизнесмена Нила Хейвуда. «Гу стала психически неуравновешенной, — заявил на суде Бо, — на нее надавили, и она оговорила меня». Однако гособвинитель настаивал на своем: «Ваши преступления доказаны, и вас ждет суровая кара». Оглашение приговора суд в городе Цзинань назначил на 22 сентября.
Трафаретный персонаж
Сколько дали Бо Силаю — 12 лет или 15, — не суть важно. Важно, что теперь китайская компартия и весь китайский народ могут дружно выдохнуть: «Смотрите, у нас не только воруют, но и наказывают». В конце августа, услышав про «суровую кару» из уст обвинителя, некоторые аналитики поспешили заявить о «неминуемом расстреле» Бо Силая.
Расстрел? Нет, его не могут расстрелять, ведь стиль руководства и образ жизни Бо вполне вписываются в обычные трафаретные рамки современных китайских реалий. «Мы все почти такие, но иногда кому-то приходится становиться козлом отпущения», — гласит мудрость китайского коллективного руководства. «Козлами» становятся, как правило, те, кто проигрывает в межклановой борьбе.
И потом, даже жену Бо не стали сразу расстреливать, отложили исполнение приговора на два года (что обернется ей пожизненным заключением). А уж она-то по сравнению с мужем уличена в гораздо более тяжких грехах. Да и бывшего главного сподручного Бо, экс-шефа полиции Чунцина Ван Лицзюня оставили в живых (всего-то 15 лет тюрьмы), хотя тот, попытавшись в феврале 2012 года получить убежище в генконсульстве США в г. Чэнду, совершил как минимум три главных смертных греха коммунистического Китая — «государственная измена», «переход в стан противника», «продажа за рубеж… секретов и информации государственной важности».
