В четверг Уполномоченный по правам детей Павел Астахов презентовал федеральную целевую программу «Россия без сирот», автором которой сам же и является. Омбудсмен настроен позитивно и крайне решительно. Он точно уверен, что выполнит задачу президента, состоящую в том, чтобы к 2018 году сократить количество детских домов вдвое.
В детских домах у нас на сегодня находится немногим меньше миллиона детей. Как же Астахов намерен уменьшить их количество? Уполномоченный заявляет, что его программа принципиально отличается от всех остальных:
— Смотрите, у 83,8% детей, находящихся в таких учреждениях, есть родители, а родственники есть практически у 100%, — говорит он. — Но по разным причинам они не берут сирот в свои семьи. Государство, тратя огромные деньги на детские дома (это, как минимум, тысяча долларов в месяц на каждого ребенка), забывает о том, что корни неблагополучия – в семье. При этом многие семьи, из которых изымаются дети, не могут потратить на них даже в десять раз меньшей суммы. Получается, что мы кормим коммунальную систему детских домов.
По словам Астахова, суть новой программы в том, чтобы укрепить семейные ценности в обществе. Деньги, выделяемые на детские дома, нужно вернуть обратно в семью и прикладывать больше усилий к тому, чтобы не допускать изъятия детей оттуда.
— В тех регионах, где подобные программы функционируют (Тюмень, Краснодарский край, Курск), их эффективности составляет 83%, — пояснил омбудсмен. — А вообще все желающие могут зайти на наш сайт «Россия-без-сирот.рф» и оставить комментарии. Мы все предложения изучим, учтем и вскоре новая программа ляжет на стол к Президенту.
Предложения и комментарии тут же посыпались на Павла Алексеевича от журналистов и неравнодушных. Многие вопросы, конечно же, касались запрета на усыновление гражданами США. И действительно, неужели ребенку лучше оставаться в детском доме на родине, чем жить в семье американцев?
— Я яростный сторонник вообще запретить иностранцам усыновлять наших детей. Твержу об этом с 2010 года, когда мы узнали про эти случаи, про то, что это бизнес. И, поверьте, американцы как раз наш запрет понимают. Что вы так за них волнуетесь? Я жил в США много лет, хорошо знаю и уважаю американцев. Но при этом люблю свою страну и вернулся жить сюда. И дети мои, отучившись за границей, живут на родине. Мне стыдно перед моими предками, которые приходят ко мне во сне каждую ночь и говорят: «Куда вы отправляете наших детей? Неужели вы сами не можете о них позаботиться?».
Стыдят ли предки во сне Астахова за те 800 000 детей, что прозябают в детских домах, он не упоминал. Павел Алексеевич позитивно смотрит на ситуацию и уверяет, что на одного сироту, нуждающегося в семье, в России приходится тысяча потенциальных усыновителей. Непонятно только, откуда тогда берутся детдома?
— А то, что американцы усыновляют в основном инвалидов — это все миф, — продолжил омбудсмен. — Вот есть статистика, из 100% всех увезенных заграницу детей только 5,2% — инвалиды, а 8.7% — дети старше семи лет. То есть основной процент — нормальные, здоровые дети, на которых у нас самих очередь стоит в 18 000 человек.
18 тысяч в очереди — и это на 800 тысяч сирот. Не густо — чтобы так радоваться…
— А как бороться с повальными отказами матерей в род домах от своих детей-инвалидов? — интересовались дотошные журналисты. — Вот в Европе, например, такого явления нет…
— Спасение утопающих — дело рук самих утопающих, — бодро отозвался Астахов. — Мы никогда не узнаем о проблемах таких мам, если они от своих детей будут отказываться. В Новосибирске, например, группа женщин, имеющих детей с синдромом Дауна, объединились, и многого уже добились. У них даже есть детский сад и начальная школа.
Оригинальную точку зрения высказал он и на Китай, пояснив, что иностранное усыновление, которое разрешают китайцы в отношении своих детей — это, оказывается, способ мировой экспансии.
Изумление собравшихся вызвало и заявление Павла Алексеевича о ситуациях с российскими детьми, которые уже познакомились со своими американскими родителями, но после вступления закона в силу не могут отправиться в свою новую семью:
— Я уже целый месяц добиваюсь списка этих детей, где будет написано — ребенок такой-то, в таком-то детском доме, столько-то было визитов приемных родителей, брали они его на выходные, или не брали и так далее. От потенциальных усыновителей жду обращений: «Я такой-то, не успел документы в суд подать, но с ребенком мы уже стали родными». Я готов в ручном режиме помогать каждому, но таких заявлений у меня нет.
Уполномоченный намерен также изучить дело российского сироты, которого в 2007 году усыновила однополая американская пара. Спустя два года брак распался, и ребенок стал предметом разбирательств между женщинами. «Я направил запрос, мы изучаем информацию, мы должны выяснить, откуда этот ребенок, подымем архивы: что за ребенок, кто кого обманул, был ли вообще обман».
Редкостный мудозвон, запомнившийся бредовой компанией Путин – всенародный лидер. Но лизнул шикарно, теперь может нести любую дичь.
Не во всем согласна с уполномоченным. Но здоровое зерно в его идеях есть. Часто родственники (не родители) и не отказывались бы от опеки над детками, но пособие государства малы. Если, действительно деньги, которые тратятся на содержание ребенка в детдом отдавать родственникам. количество сирот сократиться. Но здесь появляется другой вопрос: многие асоциалы, захотят взять взять деток-родственников под опеку, но лучше ли это будет детям. Нюансов масса, далеко не каждый из них рассмотрен в целевых программах.
Закрытие детских домов вызовет проблему для работников этих учреждений, их нужно будет трудоустроить, поэтому на смену детским домам придут социальные службы, возможно даже ювенальная юстиция, т. е. будут создаваться контролирующие органу судьбу детей. На содержания этих служб тоже будут выделяться средства. Вопрос в том станет ли лучше после такого резкого закрытия детских домов таким же резким сокращение бюджета, а не перераспределение средств с одних статей на другие и главное, будет ли лучше детям?
Очень тяжелая и глобальная тема. Хорошо то, что Астахов готов слушать предложения от обычных людей. Одна голова хорошо, а всем миром решать проблему брошенных детей — лучше!
То, что эту проблему надо решать, укрепляя семью — это однозначно! Поражена количеством сирот в стране — почти миллион! Уверена, что есть много людей, готовых усыновить ребенка. Может быть, надо как-то упрастить процедуру усыновления?